Министр юстиции Николай Онищук: «В ближайшие несколько лет из нашего лексикона исчезнут слова «возбудить уголовное дело»

Николай Онищук

Украинское законодательство ожидают кардинальные перемены. Всего за несколько лет система правовых отношений в Украине может измениться до неузнаваемости. Исчезнут многие привычные понятия, которые кажутся нерушимыми. Например, из нашего лексикона исчезнут слова «возбудить уголовное дело». Тюрьмы и следственные изоляторы с городских улиц переберутся за город, а на их месте вырастут торговые и бизнес-центры. Исчезнет государственный нотариат. Прокуратура станет частью Министерства юстиции, а со злоупотреблениями судей будет разбираться правительство. 

Сергей Нестеренко

На первый взгляд, это кажется невероятным, но на самом деле все это может – и должно, если Украина действительно намерена жить по правовым стандартам Совета Европы – воплотиться в реальность. О подробностях этих процессов в эксклюзивном интервью журналу «Человек и Закон» накануне Дня юриста рассказал министр юстиции Николай Онищук.

Судебным администрированием должно заниматься правительство

Николай Онищук– Николай Васильевич, как вы оцениваете ту роль, которую сегодня играет Минюст в жизни украинского общества, в сравнении с министерствами юстиции государств – мировых лидеров?

– Министерство юстиции занимает особое место в системе центральных органов исполнительной власти. И дело не только в том, что в сферу деятельности Минюста входят такие значимые направления, как принудительное исполнение судебных решений, нотариат, регистрация актов гражданского состояния и пр. Основное – это то, что наше ведомство осуществляет правовую экспертизу всех проектов нормативно-правовых актов, принимающихся Президентом, парламентом и правительством, а уже утвержденные правовые акты становится обязательным к исполнению только после их регистрации в Минюсте. Таким образом, мы даем жизнь правовым нормам.

Судите сами. Проекты решений правительства, которые выносятся на рассмотрение Кабинета Министров, не могут быть рассмотрены, если отсутствует заключение Минюста или если наше заключение отрицательное. Парламентские комитеты также направляют в Минюст на экспертизу практически все законопроекты. И указы Президента – независимо от того, разрабатываются ли они по инициативе Главы державы или по предложению Кабмина – проходят экспертизу Минюста.

В то же время, если сравнивать украинский Минюст с аналогичными ведомствами в других странах, то бесспорно, нам есть куда развиваться. Ведь в Украине даже был период, когда Министерства юстиции вообще не существовало – с 1963 по 1970 год ведомство было упразднено, его функции возложены на юридическую комиссию при Совете Министров Украинской ССР и Верховный суд УССР, а на местах – на областные суды…Образцом может служить Министерство юстиции США, в состав которого входят и Федеральное бюро расследований, и прокуратура, и агентство по борьбе с наркотиками, и агентство по борьбе с коррупцией – в целом более 17 служб. Это эффективно! Верю, что по мере утверждения в Украине концепции верховенства права роль Минюста также будет неуклонно расти.

– Каким образом?

– Например, было бы разумно включить в состав Минюста институт прокуратуры. Нынешняя особая роль прокуратуры во многом пришла к нам из 30-х годов, от небезызвестного сталинского генпрокурора Вышинского, когда главной задачей надзирательного ведомства был политический контроль за любым следствием. Понятно, что необходимы доктринальные изменения во взглядах на роль и задачи, а также на место прокуратуры в современном обществе. Правда, эта задача пока что не входит в приоритеты Минюста. На сегодня наши основные усилия направлены на реорганизацию сферы криминальной юстиции, государственной исполнительной службы, судов.

К тому же, уже сегодня можно было бы повысить роль Минюста, вернув ему государственную судебную администрацию, то есть, подчинив все те процессы, которые касаются подготовки судей и доступа к судейской профессии, ответственности судей, создания судейских дисциплинарных инспекций.

Зачем? Потому, что на сегодняшний день в Украине независимость судовабсолютизирована до небывалых масштабов. Делалось это из самых благих побуждений, с целью защитить судебную власть от какого-либо постороннего влияния. Но перестарались. На сегодня суды оказались за пределами любого контроля вообще, в том числе и со стороны общества. Судебная иерархия объединила в себе все рычаги как процессуального надзора, так и функции администрирования, в результате чего возникла угроза правосудию в высшем понимании этого слова. Судебная система все больше становится структурой, варящейся в собственном соку, дезинтегрированной от социальной системы общества.

Хочу подчеркнуть, что я ни в коем случае не ратую за вмешательство исполнительной власти в процессуальную деятельность судей. Но судебное администрирование не должно осуществляться судебной системы изнутри. Эти функции должно выполнять правительство.

– Какие именно функции Вы имеете ввиду?

– Материально-техническое обеспечение, подготовка и отбор кадров для судебной системы. Не менее важная составляющая – контроль за деятельностью судей на предмет злоупотребления своим положением.

Почему это так важно? Давайте посмотрим, как обстоят дела с назначением судей. По действующим ныне правиламвакансии в судах должны заполняться на конкурсной основе. Но, поскольку конкурсы происходят внутри самого же судейского корпуса, получается не конкурс профессионалов, а конкурс протекций. Побеждает тот, чья протекция выше. Фактически, назначение судьи зависит сегодня от благосклонности председателя суда.Естественно, судья попадет в зависимость от лица, посодействовавшего принятию на должность, тем более, если речь идет о так называемых «престижных» судах. Стоит ли уточнять, насколько это вредит эффективной работе судебных институций.

– А что вы предлагаете взамен?

– Мы предлагаем кардинальные изменения от самого начала этого пути — этапа подготовки судей, обеспечения свободного доступа к судейской профессии. Каждый, кто соответствует необходимым критериям, должен иметь право стать судьей – сдать на общих основаниях тестовые анонимные экзамены в Академию судей, отучившись там два года, получить право выбора суда, разумеется, из числа имеющихся вакансий. При этом приоритетное право должно быть отдано тем, кто продемонстрировал лучшие результаты учебы, кто заслужил право занимать место судьи своими знаниями и навыками.

Независимость судей используется как щит от реформ

Такая организация системы позволит избежать назначения судей по принципам протекционизма и личных связей. И наверно показательно, что со стороны некоторых представителей судейской ветви власти мы сегодня видим негативное отношение к нашим инициативам: дескать, это приведет к нарушению независимости судей. Понятием независимости пользуются как щитом от необходимых реформ.

Именно поэтому важно, чтобы представители судебной ветви власти не имели никакого влияния на упомянутые процессы. Если этого не сделать, то избавить судебную систему от ныне существующих пороков не удастся.

Хочу оговориться, что среди сегодняшних судей большинство это порядочные люди, а те, кто работает в районных судах и несет на своих плечах непомерную нагрузку, заслуживают отдельной благодарности. Но и на пороки закрывать глаза нельзя, иначе они будут разрастаться.

В момент свершения правосудия судья должен быть независим от любого незаконного влияния. Но судья не может быть независим от общества, в особенности, если он злоупотребляет должностным положением, правом или некачественно исполняет свои функции. И именно поэтому необходимы контроль и инструменты влияния со стороны правительства, прежде всего в лице Министерства юстиции.

– А каким образом контроль будет осуществляться?

Мы предлагаем, чтобы расследованием и предъявлением обвинений занималась независимая от судов служба дисциплинарных инспекторов, вынесением решений – комиссия, большинство в которой составляют судьи. А право назначать служебных инспекторов, без процессуальных полномочий, должно быть передано Министерству юстиции. Это повысит механизм общественного контроля за судьями.

Сейчас же сложилась несколько абсурдная ситуация: дисциплинарные комиссии судей в одном лице проводят расследование деятельности судей, выносят обвинения и принимают решения. Это все равно, что на судебном процессе судья одновременно выступал бы судьей и прокурором. Но такое никому не приходит в голову. А вот в случае расследования злоупотреблений судей все происходит именно таким образом. И это является еще одним показателем замкнутости судебной системы, ее закрытости от общества.

– Многие судьи сегодня жалуются, что передача государственной исполнительной службы Минюсту мешает их работе: из-за того, что суды не имеют власти над исполнителями, их решения зачастую не выполняются.

Это простая подмена понятий: вопрос эффективности пытаются заменить вопросом подчиненности. Как в известном анекдоте, когда проблему предлагают решить перестановкой кроватей.

Судьи должны определиться, что они хотят: осуществлять правосудие или заниматься исполнительной деятельностью. Ведь если исполнитель будет подчинен судье, то должен будет отвечать и за исполнение решений.

На мой взгляд, задача судьи – осуществлять правосудие, а исполнять решение суда – задача государства. Кроме того, от перемены подчиненности ничего не изменится, если не изменить саму систему. Ее нужно выстроить так, чтобы она эффективно работала независимо от того, кто кому подчиняется.

Проиллюстрирую это на примере такой проблемы. Известно, что в Украине права должника защищены гораздо лучше, чем права кредитора, в результате чего у должников образовался огромный диапазон способов уклониться от исполнения судебного решения по возврату долга. Можно ли решить эту проблему передачей исполнительной службы в другое ведомство? Решит ли это проблему существования предприятий, имущество которых вообще нельзя отчуждать в принудительном порядке? Поможет ли это выполнить судебное решение по отношению к предприятиям, с которых запрещено взыскание заработной платы, даже когда они демонстрируют высокий уровень рентабельности? Очевидно, что эти проблемы не решаются подчинением исполнительной службы тому или иному ведомству. Тут нужны системные изменения. И для того, чтобы они произошли, Минюст уже внес соответствующие предложения в Кабмин и Верховную Раду.

– Сейчас в обществе живо обсуждается тема о том, что следственные изоляторы и тюрьмы, расположенные в городах, снесут, а землю отдадут коммерческим структурам. Что это за странный проект такой?

Если разобраться, ничего странного в этом проекте нет. У Украины есть определенные обязательства перед Советом Европы, которые касаются и условий содержания осужденных и подследственных. Не секрет, что места заключения и временного содержания в Украине не соответствуют европейским требованиям, некоторые из них строились 150-200 лет назад. В то же время, строительство новых требует огромного количества затрат, в то время, когда даже на капитальный ремонт у государства не хватает средств.

Но задачу нужно решать, и решать уже сегодня. 10 месяцев назад Президент Украины Виктор Ющенко, представляя меня коллективу Минюста, особо подчеркнул важность реформ в пенитенциарной сфере. Суды, сказал он, лишают заключенных свободы, но никто не вправе лишать человека чести и достоинства.

Приблизительно тогда же и возникла идея: частный капитал строит новые места содержания заключенных и подследственных за городской чертой, а взамен получает городские участки, на которых находились учреждения заключения. В итоге, выигрывают все: государство, потому что получает места содержания под стражей, соответствующие современным стандартам; заключенные, поскольку условия их пребывания в тюрьмах улучшатся; бизнесмены, потому что получат коммерчески выгодные участки в центре города; горожане, потому что избавятся от необходимости лицезреть мрачные тюремные стены. Эта идея уже поддержана мэриями нескольких городов: Киева, Львова, Одессы. И сейчас соответствующие проекты находятся в стадии разработки. Разумеется, это дело непростое, его реализация займет несколько лет.

После принятия нового УПК дела на доследование отправлять не будут

– Насколько мне известно, Министерство юстиции принимало активное участие в создании нового Уголовно-процессуального кодекса Украины. В чем заключается его новизна?

Сегодня одним из самых уязвимых с точки зрения соблюдения прав и свобод человека остается досудебное следствие. В рамках этого процесса человек ограничивается в своих правах: может подвергнуться задержанию, обыску, ограничению в свободе передвижения и пр. Проблема опять-таки в том, что система уголовного преследования к современным реалиям не подходит совершенно – она унаследована от Советского Союза и кардинальных изменений она с тех пор не претерпела. Чего только стоит институт возбуждения уголовного дела, которого уже нет ни в одной европейской стране! Его придумал все тот же Вышинский, и все с той же целью – для осуществления политического контроля над преследуемыми.

Пока судебная система в Украине не оказалась вне всякого контроля, институт возбуждения уголовного дела был эффективен. Но на сегодня ведение следственных действий по многим резонансным делам парализовано, поскольку постановление о возбуждении уголовного дела оказывается предметом обжалования в суде. Ни для кого не секрет, что таким образом влиятельные лица добиваются судебного решения об отмене возбуждения уголовного дела.

Но это глубоко противоестественно. Право на уголовное преследование является публичной функцией государства, то есть, общество предъявляет требование к государству уголовно преследовать преступника. Концепция уголовной юстиции исходит из того, что право уголовного преследования является абсолютным, государство обязано обеспечить возможность провести комплекс необходимых следственных действий для установления истины. А судья принимает решение, которое запрещает это делать. Почему, на каком основании? У суда нет полномочий от государства на проведение подобных действий.

– А как и почему такая парадоксальная ситуация стала возможной?

В Конституции есть норма – юрисдикция распространяется на все правовые отношения. Исходя из этого, Верховный Суд ошибочно заключил, что постановление о возбуждении уголовного дела как одна из форм, регулирующих правые отношения, также может быть обжаловано. Но ведь факт возбуждения уголовного дела никаких прав человека не ограничивает! А обжаловать можно только действия или бездействия, которые нарушают права и интересы человека.

Так вот, концепция нового УПК предусматривает ликвидацию института возбуждения уголовного дела. Если есть основания для проведения уголовного преследования, следователи его проводят. Если же встает вопрос о необходимости ограничить права подозреваемого (обыск, подписка о невыезде и т.д.), следователь обращается за решением в суд.

Еще одно важное новшество нового УПК – участие в судах свидетелей защиты. Сегодня право приводить в суд свидетелей имеет только прокурор. Разумеется, он приглашает только тех свидетелей, которые подтверждают виновность подсудимого. Теперь же возможность приводить в суд свидетелей будет и у защиты.

Кроме того, предлагается ликвидировать институт отправки дела на доследование. Это также порождение 1937-38 годов, когда суд и следствие были частями единой правоохранительной системы. Нет доказательств? Суд принимает решение отправить дело на доследование. А заключенный – виновен он или нет – в это время продолжает сидеть в тюрьме. Теперь же будет по-другому: либо факт преступления установлен, либо нет. Или в тюрьму, или на свободу.

– Как скоро можно ожидать вступление нового УПК в действие?

9 октября на заседании Национальной Комиссии по укреплению демократии и утверждения верховенства права с участием Николай ОнищукПрезидента Виктора Ющенко будет рассматриваться и репрезентироваться новый УПК. Он разрабатывался Комиссией при активном участии Минюста, Департамента юстиции США, различных экспертов. Комиссия обратится к Президенту с рекомендацией внести этот законопроект в Верховную Раду как один из основополагающих документов в сфере защиты прав человека. Разумеется, на его воплощение в жизнь уйдет несколько лет. Но другого пути нет. Мы, как страна, претендующая на утверждение прав и свобод человека, не можем развиваться, не меняя сферу уголовной юстиции. Принятие нового УПК — одно из важнейших обязательств Украины перед Советом Европы.

– А какие преобразования ожидают нотариат?

Парламент недавно принял закон «О внесении изменений в Закон «О нотариате», который уравнял в правах частных и государственных нотариусов. Отныне частные нотариусы при условии исполнения определенных процедур имеют право осуществлять нотариальные действия в делах о наследстве. Таким образом, я надеюсь, мы сбалансируем ту нагрузку, которая сегодня лежит на плечах нотариусов. Это — второй из трех шагов по реформе нотариата. Первым было рождение частного нотариата, а третьим станет создание единого нотариата.

– Частного?

Конечно. Государственный нотариат – это нонсенс, он может существовать лишь на время переходного периода. Пока что полностью отказываться от государственного нотариата нельзя: в стране слишком много малообеспеченных граждан, которым расценки частных нотариусов не по карману. И мы должны учитывать этот факт.

Не исключено также, что проблему мы решим с помощью регулятивных мер на расценки частных нотариусов.

– Сегодня все чаще в прессе появляются сообщения о злоупотреблениях со стороны нотариусов и даже их участии в преступных группировках. Как, на ваш взгляд, можно решить эту проблему?

Некоторые считают необходимым ужесточение контроля за нотариусами. Но я не вижу в этом решения проблемы. Прежде всего, нотариус должен понимать: злоупотребления и правонарушения приведут к потере права заниматься этой профессией. Уже сегодня большая часть нотариусов ценят свою работу и, в частности, те доходы, которые она им приносит. Но находятся и такие, у которых нет ни стабильной практики, ни авторитета, ни постоянных источников дохода, зато есть огромное желание заработать много и сразу. В отношении таких нотариусов должна задействоваться система разнообразных наказаний. Если речь идет о морально-этическом нарушении, вопрос должна решать комиссия по профессиональной этике, если речь идет об административном правонарушении – это компетенция Минюста, уголовном – правоохранительных органов.

– Сегодня – День юриста. Вероятно, по мере утверждения верховенства права в Украине этот праздник будет отмечать все больше людей?

Я убежден в этом. Ведь эффективная система правовых взаимоотношений – лучший гарант стабильности и благополучия общества, отличительная черта цивилизованного государства. Поздравляю всех читателей журнала «Безопасность и закон» с этим замечательным праздником!

error: Content is protected !!